Rambler's Top100

Песня


Дневник похода

(маршрут №8 Лоймола с 19.07 по 25.07.2014 г.

Вместо предисловия:
Что может быть лучше похода? Только другой поход. А байдарочный поход по озёрам и рекам Карелии замечателен вдвойне. Вы не ходили никогда на байдарках? Так вы, получается, зря жизнь прожили. Ну, ничего, не расстраивайтесь, я вам расскажу, и вы всё поймёте. И, надеюсь, наверстаете упущенное и обязательно сходите на сплав... Поход, это увлекательное мероприятие. Это и приключения, и романтика, ночёвки в палатках и спальниках. Это зумм комаров в ночной тишине, и суровое очарование северной природы, непуганые, огромные тетёрки, и по-младенчески визгливые истеричные чайки. Незабываемо своеобразный полёт диких гусей, жужжаще-свистящее хлопанье их крыльев. Прибрежное порхание юрких куличков и наглых, бесцеремонных стрекоз. Укусы слепней и огнёвок. Безграничные пространства озёр с настырным встречным ветром, не дающим дышать, с почти морской, пенящейся волной. Извилистые бесконечные реки с топкими болотистыми берегами, красивейшие зеркальные ламбы, по краям усыпанные янтарной, сочной морошкой. Это огромные подосиновики и кряжистые белые грибы. Хрупкий, ломкий и седой, пересохший на солнце, ягель. И, он же, мягкий, нежный и ласковый после дождя, как руки мамы. Это промокшая обувь и одежда. Это затяжные, моросящие дожди, заставляющие собраться всех под огромным, натянутым между соснами, тентом, в ожидании спрятавшегося за тучами солнышка. И внезапно налетевший грозовой ливень с молнией и громом, заставший врасплох посреди водного простора. Это ураганный, порывистый ветер, от которого палатки взлетают, словно воздушные змеи, катающий по берегу байдарки, будто надувные мячики. Это припекающее северное ярило, изнуряющая жара. И неожиданные солнечные ожоги. Это насквозь прозрачная и чистая вода, которую можно пить, зачерпнув из-за борта байдарки. Это вечернее освежающее купание после напряжённого перехода. Это водные процедуры в кипящем и бурлящем пороге, с которыми не могут сравниться никакие джакузи или жемчужные ванны. Это посиделки у костра, запах дыма, потрескивание дров, завораживающее притяжение горячих алых углей. Это полёт искр в бездонное ночное небо, плеск воды, шум водопадов и гул порогов, убаюкивающее шуршание ветра в кронах деревьев. Это зависшая над озером луна, любующаяся своим отражением. И первый солнечный луч, проникающий в палатку, заставляющий радостно проснуться и улыбнуться новому дню. И водка, настоянная на можжевеловых ягодах, которая в тысячу раз вкуснее любого заморского джина. И задумчивые, чуть усталые, лица друзей, обветренные и опалённые солнцем, их счастливые искрящиеся глаза. Перебор гитарных струн и задушевное негромкое пение. Поход - это мероприятие коллективное. И, помимо романтики, это ещё и тяжёлая работа, повседневный труд. Здесь каждый несёт ответственность за окружающее его пространство. За людей и животных, находящихся рядом, за их благополучие, здоровье, тепло и уют. За оборудование и снаряжение, за любимую природу. Не должно быть стрессов и травм, неоправданного риска. И здесь не бывает мелочей. Я извиняюсь, даже покакать сходить, и то надо с умом, чтобы не оставить после себя «следа в истории», чтобы не превращать родные сердцу места в общественный туалет. Вырыл ямку, сходил, закопал, прикрыл мхом. И чтоб никто не догадался, чтобы никому и в голову не пришло… И, покидая стоянку, оставь всё в первозданном виде. Все отходы и мусор утилизируй, пластиковые бутылки забери с собой. В походе универсальное средство для утилизации - это костёр. Надо собрать всё ненужное и сжечь. Всего и делов. Жестяные банки обожги, деформируй обухом топора или камнем и сложи в яму. К следующему году от них и следа не останется. Как я здесь согласен с Маленьким Принцем: «Проснулся утром, убери свою планету». Каждый в коллективе должен ощущать себя необходимым и полезным. Тут нужно и обустроить стоянку, разбить палаточный лагерь, и выбрать и организовать место для костра, готовки и приёма пищи. Чтобы было удобно и максимально комфортно. Потому что, готовить пищу у костра - это дело не из лёгких. Ведь, хочешь, не хочешь, а всю публику надо три раза в день накормить и напоить. Как говориться, вынь, да положь. Жизненно необходимо заниматься заготовкой дров, их пилением и колкой. Потому что, что за бивуак без костра? Он без костра мёртв. Один малоизвестный в узких кругах поэт написал: «Никаких наград не надо, только ты, костёр, гори, от рассвета до заката, от заката до зари»… Тысячу раз подпишусь под этими словами. Костёр необходимо защищать от ветра и дождя, подкармливать дровишками. Он твой друг и помощник в любых обстоятельствах. Ты его поддержи в трудную минуту, и он тебе ответит тем же. Всегда обсушит, обогреет, накормит, успокоит. Всегда под рукой должны быть сухие наколотые дрова. Мало ли что… Необходимо ремонтировать байдарки, отыскивать дыры и пробоины, заклеивать их. Байдарка не роскошь, а средство передвижения. Она всегда должна находиться в боевом состоянии. Поход, это повседневная забота всех о каждом и каждого обо всех. Мы должны беречь друг друга, помогать друг другу. Всё, что делается сообща, приносит радость. Собирать грибы и ягоды, ловить и чистить рыбу, участвовать в приготовлении пищи, мытье посуды, заготовке дров, благоустройстве лагеря, изготовлении столов и мест для сидения на стоянках, ремонте оборудования, участвовать во всех коллективных мероприятиях, дружно и синхронно работать вёслами («гребсти», - как говорил наш инструктор). Поход - это школа жизни. Здесь за очень короткий промежуток времени человек проявляет себя. И в конце пути можно всегда решить, пойдёшь ты с ним в следующий поход или нет, как писал Высоцкий: «там поймёшь, кто такой…» И, конечно, поход - это всегда удовольствие, это колоссальный эмоциональный заряд на весь последующий трудовой год. Это лучший отдых, лучшие впечатления и воспоминания... Север

Задаю себе вопрос (хоть давно нашел ответ):
Отчего не по пути мне со всеми?
От того, что я всерьёз и вперёд на много лет
Всей душою полюбил север...

Кто в Египет держит путь, едет в Сочи, в Геленджик,
Кто-то нежится в турецком бассейне, -
Мне их не в чем упрекнуть, заявляю напрямик:
«Для меня милей всего север...»

Жизнь, как река. Никогда не знаешь, что ждет за поворотом...

18 июля. Накануне.
Был хороший, теплый, по-домашнему уютный и неописуемо светлый карельский вечер, предваряющий незаметное начало северной белой ночи. Небо над деревьями было насквозь прозрачным и бездонным. На верёвках, натянутых между стволами сосен, сушились футболки и шорты, гермомешки и неопреновые ботинки, разноцветные спасжилеты, байдарочные юбки и розовый палаточный тент. На декоративной ограде, украшая пейзаж, висели две гитарные гермы - красная и оранжевая. Перед ангарами возлежали яркие сине-оранжевые катамараны и рафты, да вернувшиеся из похода «светофорные» (красная, желтая и зелёная) байдарки-«Прийон» - будто надувные шары, создавая ощущение первомайского праздника. Неподалёку стояли контейнеры с продуктами, банки с консервами (тушенкой и сайрой), пластиковые бутылки с крупами, сахаром и солью, мешки с хлебом. И в этом внешнем «хаосе» ощущался строгий порядок и серьёзная подготовка бывалых и тёртых людей... Инструкторы целый день колотились по хозяйству: проверяли и клеили раненые гермомешки, ставили заплатки на пробоины и дыры в байдарках и надувных баллонах, готовили снаряжение и харч к новому походу, а освободившись от дневных забот, собрались под тентом за столом: поужинать и выпить пива под гитару...
Я сидел вместе с ними за тарелкой гречневой каши, время от времени поглядывая на часы...
В 20.30 тронулся поезд №18 Москва-Петрозаводск... Зазвонил мобильник:
- Привет, мы выехали, - бодрым голосом сообщил мне Володя, - но есть потери: Валера перепутал дни, думал, что отъезд завтра...
Так мы лишились одного человека в нашей группе.


Сплав по Лоймоле Калитки Карелия морошка морошковый букет
поход по Лоймоле Наиль и Андрей байдарки на Лоймоле Лена и Алексей
поход по Лоймоле Борис-профессор и Илья -инструктор байдарки на Лоймоле Анна и Владимир
байдарки на Лоймоле Виолетта и Салават


19 июля. День первый. Начало
Жёлтая «Газель», управляемая водителем Сашей, привезла моих друзей Володю и Анну, Салавата и Виолетту, Бориса (он же профессор) и Алексея, Наиля и Елену на турбазу. Мы крепко обнялись, расцеловались, распили бутылку шампанского, которую накануне по моей просьбе привёз из Петрозаводска инструктор Илюша и, разместившись в свободных комнатах гостеприимной «Поляны», начали споро готовиться к заброске, перепаковывая вещи из рюкзаков и чемоданов в гермомешки.
Вкусно отобедав традиционными «калитками», борщом и пловом, под руководством Ильи погрузили личные вещи и общее снаряжение в прицеп газели, приторочили сверху байдарки системы «Robson» и, сфотографировавшись на память, поехали. Долго ли, коротко ли, но через четыре с половиной часа езды по пыльной и тряской дороге нас выгрузили у моста в посёлке «Лоймола». Мы, согласно технике безопасности, надели спасжилеты и каски, нарядились в байдарочные юбки и во всём этом убранстве выглядели, как пёстрые красочные клоуны из цирка... Когда упаковывали вещи в байдарки (места явно было маловато) к нам подошёл подслеповатый дедушка в синей клетчатой рубашке, застегнутой не на те пуговицы, в бейсболке и с дамским велосипедом:
- Как же вы поплывёте? Воды-то нет... По этой речке давно никто уже не ходит... Будьте осторожны, змей много... Спиннинг-то у вас есть?... Да?... Значит щучку поймаете...
- Спасибо, - оветили мы ему и отчалили от берега...
- Ну, с Богом!
Не прогребли мы и сорока минут (даже не успев войти во вкус), как Илюха обнаружил очень приличную, оборудованную и уютную стоянку. Приняли решение ночевать здесь. Разгрузились... Берег реки возле стоянки был топким и болотистым, зато на нём в изобилии росли черника и морошка. Анюта нарвала морошковый букет и провела с ним фотосессию.
Мы с Лёшкой пулей сгоняли за дровами. Принесли четыре тонкие и длинные сосновые «сушины», Вовка и Салават их тут же попилили на равновеликие полешки, и буквально через несколько минут у нас уже полыхал костёр, над ним висели каны с водой, сбоку пригрелась сковорода, так что перспектива скорой трапезы была более чем реальной. После ужина Илья провёл подробный инструктаж и показал нам хитроумное упражнение с веслом... Взявшись за него руками каким-то заумным хватом, он, буквально завязал себя в узел, а затем, не выпуская весла, а лишь переступая через него и выворчивая руки в суставах, развязался, совершив оборот весла вокруг себя... Ну и ну! Во, даёт! Единственным, кто смог повторить упражнение, оказался Борис (браво, профессор!), мы ему дружно поаплодировали... Выпив немного водки под омлет из трёх десятков яиц и оставшиеся от поезда бутерброды, попели песни под гитару и потрескивание дров в костре, послушали тишину и по очереди отбились спать...

20 июля. День второй. Хождение по мукам.
Я люблю вставать рано... Народная мудрость гласит: «Кто рано встаёт, тому Бог даёт...»
Я всегда радуюсь начавшемуся дню... «Поживём ещё, бродяга!», - говорю я сам себе. По утрам у меня отличное настроение и прекрасный аппетит, отменная работоспособность и неиссякаемый запас энергии... И я в этом не одинок. Когда я вылез из палатки, Салават уже суетился у костра, над которым висели каны под чай и кашу... Ещё в «Поляне», за обедом, мы договорились, что не будем назначать дежурных. Коллектив у нас небольшой, знаем мы друг друга почти наизусть, поэтому и решили: от каждого по способностям, велению сердца и мере сил. Я вызвался быть шеф-поваром (заявляю без ложной скромности, - готовить я умею, люблю, готовлю и быстро, и вкусно, и с душой; имею опыт готовки на команду от трёх до семидесяти человек). Забегая вперёд, скажу, все мои друзья трудились, что называется, «не покладая...». Рубили, пилили, носили воду, мыли посуду и прочее... Не буду перечислять всего (поверьте, дел хватало), добавлю только, что Лёшка не ленился – плющил ежедневно обожжённые консервные банки так, как не справился бы и кузнечный молот и потом закапывал их в землю... Следов не найдёшь...
После сытного завтрака Лена и Виолетта соорудили бутербродно-ореховый перекус.
Поскольку вчера мы не выполнили предполагаемый план похода, то сегодня нам предстояло наверстать упущенное.

Мы дружно и довольно бодро свернули лагерь, сели в лодки и... Буквально через пятьсот метров от стоянки начались перекаты... Целая цепь из полутора десятков шивер. Как и предрекал «дедушка в клеточку», все они были «без воды». Но осознали мы это, конечно, не сразу, а спустя несколько километров «хождения по мукам». Плыть было негде! К тому, что придётся идти практически всё время пешком, согнувшись в три погибели, мы явно не были готовы. Камни с выростами и без, разного размера, формы и степени скользкозти были повсюду. Приходилось очень осторожно ступать, прощупывая ногой дно, вдумчиво делая каждый шаг, так как ноги то и дело проваливались в какие-то щели, застревали, мы постоянно спотыкались и падали. Ноги покрылись синяками и кровавыми ссадинами... Байдарки, которые мы проводили между каменей, слава Богу, служили нам опорой. Чуть что, можно было лечь на байду и этим избежать неминуемого падения. Выяснилось, что экипаж Наиля и Лены готов к переходу хуже всех... Они отставали с каждой минутой всё сильнее и сильнее и постепенно потерялись из виду... Под очередным перекатом мы начали за них волноваться, - не случилось ли чего... Прождав их минут сорок, Илюха пошёл вверх по течению в разведку. Ещё через полчаса они появились втроём. Илья предположил, что в таком темпе мы до места следующей стоянки не дойдём и до утра... Было решено перетасовать экипажи: мой матрос Алексей пересел в лодку к Лене капитаном, а Наиль стал матросом в моей байдарке. Дело пошло веселей. Мы с Наилем всё равно немного отставали от остальных, но, по крайней мере, находились в пределах видимости... У моста в районе урочища Вярякоски мы сделали перекус. Прошло полдня, а впереди нас ждал путь ещё километров в восемнадцать. Мы упрямо двигались вперёд, преодолевая пороги и шиверы пешим порядком. Миновали озеро Саммаллампи, подошли к порогу «Веер». Очень красивое место и интересный порог из нескольких каскадов с водопадным сливом (ах, если бы была вода!). После «Веера» идти стало полегче, больше стало открытой воды (вы не представляете, какое счастье было разогнуться и сесть в бадарку по-человечески и, наконец, поработать вёслами). Мы пересекли озеро Корпиярви, форсировали (опять же пешком) пороги «Ядрёна вошь» и «Раякоски»... Не передать всех эмоций и волнения, которые мы пережили в этот первый ходовой день, но, пропахав около 25 километров, к ночи мы дошли-таки до стоянки на озере Сариярви. Все были целы и невредимы (синяки и ссадины не в счёт)...
Горел костёр, вода кипела... Как интересно устроен человеческий организм: казалось, вот только что мы были измотаны и обессиленны, но посидели пять минут у костра в сухой одежде и обуви, выпили по рюмке водки под макароны с тушёнкой и салат из капусты и зелёного горошка, и усталость как рукой сняло...
Завтра у нас день отдыха и большой праздник. У нашего любимого друга Володи Нечаева завтра день рождения.
Праздновать Вовкино рождение мы начали с полуночи (как Новый Год!). Как только большая стрелка перевалила за двеннадцать, начались поздравлялки. Мы все очень давно знакомы, много лет дружим, любим друг друга и, конечно, все любим Вовку. Он среди нас самый «взрослый», - шестьдесят три – не фунт изюма, самый мудрый, самый неунывающий и оптимистичный. Человек-электровеник, девиз которого «движение – это жизнь».
Вовка выкатил два литра коньяку, шпроты и лимон, и «пир» начался...
Разошлись уже под утро. Володя получил в подарок шикарную куртку, массу тёплых слов и добрых песен, дружеских объятий и искренних рукопожатий. А мы все – море удовольствия...
Так-то...

21 июля. День третий. Дневка.
- Что у нас сегодня на завтрак?
- Овсянка, сэр!
Пока варилась каша, и закипал чай, мы с Салаватом и Алексеем занялись сборкой удочек и спиннингов. Нас ждала рыбалка. Салават привез целую банку навозных червей с собственного огорода в подмосковье и их, конечно, надо было использовать...
После завтрака впряглись в дневные «заботы»: Боря, Наиль и Илюша остались в лагере «на дровах», Салават, Вета и Лена пошли рыбачить в ближайший заливчик, а именинник, Аня, Алексей, и я, взав спиннинги, поплыли к порогу «Раякоски». Возле него все высадились на берег, лишь я остался в лодке... Но пошвырять блесну мне толком не удалось... В основном я занимался тем, что отцеплял от камней и веток блёсны моих товарищей... У Вовки со спиннингом что-то не ладилось (зацепы, «бороды»), в конце-концов я наладил ему поплавочную удочку, и рыбалка у него пошла...
У меня поклёвок не было, щука не брала... Помахав спиннингом впустую, мы с Лёшкой подались обратно... Салават с Виолеттой и Леной очень продуктивно провели время, натаскав килограмма четыре разноколиберных окуней.
Моя бабушка говорила: «Лучше почистить сотню плотвы, чем одного окуня...». И правда, окунь – «броненосная» рыба с острыми, колючими плавниками. Чистить его действительно мучительно трудно, если не знать секрета. Этому секрету меня научили лет пятнадцать назад мои друзья – фанатичные карельские походники. Окуня нужно взять одной рукой за голову, другой за хвост (удобно зажать хвост между большим пальцем и лезвием ножа) и рястянуть по длинне до характерного треска: «Тр-р-р». При этом у окуня рвутся межчешуйчатые связи, и он становится досягаемым... Чистить его нужно от спинного плавника к животу... Мы с Леной и Наилем перечистили почти всю рыбу, когда с рыбалки вернулись Володя и Аня. Вовка был счастлив – он надёргал окуней ещё килограмма полтора... Уха обещала быть «богатой»... Салават вызвался помочь с чисткой рыбы, и мы довольно скоро с ней управились...
Денёк выдался шикарный... Уха томилась... Мы купались и загорали, неспешно попиливали дрова, барышни гуляли по лесу и берегу, общипывали черничные кусты и фотографировались... А Лена умудрилась даже набрать лисичек (в такую-то жару и сушь!)
Уху я варю с вялеными томатами. Их я насушил ещё в Москве, а в Карелию привёз, чтобы мои друзья попробовали...
Уха с помидорами не требует ничего лишнего. Не нужно ни картошки, ни какой-либо крупы. В качестве заправки необходимы лук, обжаренный до золотистого цвета и припущенная морковь, вышеуказанные томаты, соль и перец. Перед подачей на стол следует затушить в ухе берёзовую головешку и брызнуть в неё граммов сто водки. Вот и всё!
Под уху, песни и разговоры мы выпили водочки, опять же за Вовкино здоровье. День потихонечку заканчивался. Мы любовались красивым закатным озером Сариярви. Утром мы с ним расстаёмся... В зеркале воды отражались синее небо, тёмный лес и розовые облака...
Ни ветерка, ни плеска...
поход по реке Лоймолеа border= Счастливый именинник Карелия Лоймола походные оладушки

22 июля. День четвертый.
И снова овсянка...
Накануне я рассказал друзьям известную среди водных туристов байку о том, что байдарочники подразделяются на следующие категории: «Гребибля», «Гребубля» и «Кудабля». Аня тут же дополнила, что встречаются ещё «Тудабля» и «Неорибля».
Всем эти «имена» понравились и, на протяжении всего следующего перехода, то и дело слышалось: «куда...», «туда...», «неори...», «самнеори...»....
Выйдя из «Сариярви» мы опять попали в цепь непроплываемых шивер и перекатов, но их форсирование было уже «делом привычным», никто не стонал, всё воспринималось, как должное, к тому же сложилось впечатление, что воды в реке стало чуть больше...
- Профессор! Правым, правым!.. А, уже не надо, - кричал Илюха Боре, когда они проходили порог «Цис», - байдарку развернуло поперёк течения, навалило на камни, струя воды ворвалась внутрь и выхлестала из лодки всё, что «плохо лежало». Пока Илья с профессором отчерпывались, мы потихоньку пошли дальше, миновали несколько мелких перекатов и остановились перед порогом «Табун». Этот порог был довольно длинным, хоть и с малым количеством воды, но дышал мощью. И главное – несколько подкосил нас морально, потому что на берегу стоял жёлтый каяк, залитый бетоном с гранитной плитой и надписью: «В этом пороге 4 мая 2000 года трагически погиб наш друг Александр Морозов. Берегите себя». Что ж, такова жизнь... Светлая память Морозову... Но надо идти дальше...
- Андрюха, я карту потерял, - сообщил мне шепотом растеряный Илюха.
- Не беда, - ответил я и вручил ему непромокаемый планшет со своим экземпляром карты, которую я распечатал ещё дома.
Илья принял решение спустить байдарки вниз по очереди правым краем струи. Потратив чуть больше двух часов, мы (Илья, Алексей, Салават и я) доставили все лодки вниз, под порог... Лена, Аня и Вета сидели в черничнике... Когда мы их уговорили из него выйти, было чем полюбоваться: фиолетовые губы, фиолетовые пальцы и счастливые фиолетовые улыбки в поллица.
Впереди у нас было несколько перекатов. На одном из них Салават с Виолеттой потерпели крушение: их (как ранее Борю и Илью) навалило боком на камни и в считаные секунды затопило... В остальном всё прошло без приключений. Задержавшись ненадолго на «Кариярви» для перекуса, мы вошли в озеро «Хисъярви», оставалось только найти место для стоянки... Это озеро, по всей видимости, пользуется популярностью у населения. По берегам стояли кемпинговые палатки и автомобили, по озеру гоняла моторная лодка. Мы подошли к одной туристической группе, они оказались из Питера и сказали нам, что в конце озера за мостом есть свободная стоянка, куда мы и направились...
Когда Илюша с Борисом проплывали под мостом, перед ними, как ошпаренный, проскакал огромный лось, подняв тучу брызг, и скрылся в лесу. Боря даже успел сфотографировать его удаляющуюся попу...
Стоянка оказалась замусоренной, но мы в темпе собрали разбросаные банки, пакеты и бутылки, подмели территорию и, спустя немного времени, уже обживались.
Потрескивающий костёр, вкусный ужин, ароматный чай, гитара, душевные песни, интересные байки и воспоминания, тёплый, нежный, тихий безветренный вечер, светлая ночь, родные лица, радостные глаза и улыбки - что ещё нужно для счастья?
Разьве что, рюмка водки...

23 июля. День пятый. Днёвка. Эхо войны.
- Борис Александрович, идите завтракать...
- С утра, так Борис Александрович, а на маршруте: «Профессор, сука!»
Лена, Аня и Виолетта под порогом «Табунный», оказывается, набрали большую миску черники и за завтраком попросили меня приготовить оладьи с «затирухой». Затируха – это черника перетёртая и смешанная со сгущеным молоком. В сочетании с оладьями блюдо получается совершенно неземным...
Лена вызвалась пожарить оладьи при условии, что я замешу тесто. На том и порешили...
Я пошёл к мосту порыбачить. Было уже часов десять, солнце активно припекало. Я ступил на мост и обомлел. Мама дорогая! На нём кишмя кишели змеи – желтоухие зеленоватые ужи и серо-коричневые гадюки. Я потопал ногой по доскам, и все змеи сползли вниз, между брёвен, давая мне спокойно пройти...
Брал мелкий и средний окунь.. Вдруг, при очередном забросе, на подсечённого мною окуня бросилась щука, я дотащил её практически до берега в тайной надежде, что она всё таки зацепилась за крючок... Не тут-то было, как только я подтянул щуку к поверхности воды, она бросила обглоданного, растерзанного окуня, оставив мне его голову и голый позвоночник. Во, жадина!
Я побросал ещё около часа, но безуспешно. Блесна щуке явно не нравилась... Вернулся в лагерь, надо было месить тесто. Мы с мужиками сходили за дровами, чтобы снять эту заботу до утра. Аня намяла черники со сгущёнкой, а Лена села к костру жарить оладушки...
На столе стояли две миски, наполненные с горкой румяными золотистыми оладьями. Лене оставалось пожарить последнюю сковородку, как вдруг раздался выстрел, из костра взлетела искра, что-то ударило в сковороду. Мы недоумённо переглянулись, и тут же прогремел второй выстрел, осколок пробил Лене куртку. Мы залили костёр водой и начали раскопки. В костре, под камнями лежали проржавевшие патроны, пули и гильзы от карабина, в общей сложности мы набрали их с полведра. Патроны мы утопили, а костёр перенесли в другое (безопасное) место. Профессор утверждал, что в этих местах боевых действий не велось... Может и так...
Ну какому здравомыслящему человеку придёт в голову высыпать такой патронный арсенал на землю? Хочется всё таки верить во что-то светлое, и я склонился к мысли, что это «эхо войны»... И, слава Богу, ничем серьёзным оно не аукнулось...
Оладьи удались...
Во второй половине дня нас начало обкладывать тучами, время от времени налетал ветерок, где-то за горизонтом погромыхивало и сверкало... С неба падали редкие капли. На всякий случай натянули тент (первый и единственный раз за весь поход)...
Ураган налетел неожиданно, в одну секунду. Пофессорская палатка, вход в которую не был застёгнут, едва не взлетела. Боря в панике бросился на неё, как раненая птица, растопырив руки. Он не нашёл ничего лучшего, как вытащить дуги, уложить палатку на землю и придавить её сначала собственным телом, а потом огромным камнем... Имущество было спасено. Через пятнадцать минут всё стихло, кончился дождь, и снова выглянуло солнце.
Так бывает...

24 июля. День шестой. Щука и воблер
Ночь я спал очень плохо. Сначала мучили воспоминания о патронах в костре, потом не давала покоя мысль об упущенной щуке... В пять часов, измаявшись, я встал и вновь пошёл к мосту... Поставил блесну покрупнее, безуспешно покидал с полчаса, дважды зацепился за камни, и дважды же нырнул в воду, чтобы отцепиться. Вода была необычайно ласковой. Я навесил на поводок самый большой воблер из тех, какие у меня были и, - о чудо, на втором же забросе щука попалась... Она выпрыгивала свечкой из воды, тянула вглубь, опять выпрыгивала и, наконец, обессилев, сдалась. Неплохой экземплярчик, килограмма на два. Я был удовлетворён. Вернувшись в лагерь, я посадил её на кукан и пустил в воду, привязав к байдарке...
В семь часов из палатки выполз Салават, я похвастался ему уловом, и мы занялись завтраком...
После того, как все посмотрели на щуку и сфотографировались, я сделал из неё филе, разрезав на десять равных частей. Упаковал филе в пластиковый контейнер, предварительно посолив, поперчив и выдавив поллимона... Вечером пожарим...
Судя по карте, нас сегодня ожидал переход по чистой воде километров в двенадцать-четырнадцать от озера «Хисъярви» до озера «Ивкожское»...
Таких скоротечных переходов ещё у нас не было. Все гребли, как заполошные, без устали и перекуров, боясь, видимо, что счастье свободной гребли может вот-вот закончиться... Через два часа мы были на стоянке в озере «Ивкожское», буквально в паре километров от «Осинового каньона».
Выгрузив из лодки вещи, я поплыл в каньон на разведку и рыбалку. Какое же там было замечательное место: полукилометровый порог с высокими скальными берегами, поросшими осиной и берёзой. И здесь был не ягель, а настоящая луговая трава по пояс и цветы: иван-чай, ромашки и колокольчики. В лесу совершенно дурманяще пахло земляникой. Земля местами была вспорота и изрыта кабанами. Прогулявшись вдоль порога по берегу и налакомившись спелыми, сладкими ягодами, я погрёб обратно к месту стоянки. Народ, наевшись бутербродов, полёг отдыхать, - сказывалась накопившаяся усталость от первых дней...
Меня вдруг охватила грусть... Как быстро летит время... Ведь уже завтра закончится наш замечательный поход... Как жалко... Чтобы окончательно не раскиснуть, я ушёл купаться... Озеро оказалось мелким, а на дне было много топляка и камней, метрах в пятнадцати от берега вода едва доходила колен... Ну и ладно...
На ужин приготовили щуку и нескольких окушков, нажарили картошки и сварили чудеснейший харчо из пакетов (респект т/б «Поляна», - супы в этом году были вкуснейшие, особенно солянка, грибной и харчо), который я заправил оставшимися сушёными томатами.
Вяленые помидоры – это замечательно, признала, восхищённая харчо, публика. Был долгий, наполненый грустинкой вечер, ночное купание с заплывом на противоположный берег, любование прощальным карельским закатом.
Завтра у нас ранний подъём и последние километры пути.
А жаль...

25 июля. День седьмой. Дошли.
- Доброе утро! Салават, объявляй потихоньку подъём...
Гладь воды очаровывала... Над озером висела лёгкая мутноватая дымка. Заключительное утро в Карелии выдалось удивительно тихим...
Позавтракав и собравшись, мы тронулись в путь. За «Ивкожским» озером река Лоймола поменяла название на Лоймож. Почему? – Так буби легли... Мы форсировали «Осиновый каньон» (причём часть его всё таки проплыли), затем ещё пару небольших порожков и вот уже он - мост автодороги Пряжа-Сортавала.
Вот и всё... Но не беда... «Нет дороге окончанья...» Будет новый поход...
Прощай, Лоймола!

Жизнь, как река. Никогда не знаешь, что ждет за поворотом...

Сплав по реке Лоймола ...вели, как в поводу коней Карелия на байдарках змеиный мост
поход на байдарках по Лоймоле закат на Ивкожском озере байдарки на реке Лоймола Прощай, Лоймола!

Лоймола

Будто в сказке-небыли, отзвенев в Карелии,
Как мираж, растаяло лето за кормой...
Но ночами долгими будет сниться Лоймола,
Навсегда останется Лоймола со мной...

По речушке каменной топали ногами мы,
В кровь сбивая голени шли между камней,
И байдарки утлые, хоть и было трудно нам,
Мы вели, как будто бы в поводу коней...

Спотыкаясь, падая, шли, как в бой солдаты, мы,
Так сложилось, - выпал нам сложный переход.
Ушибались больно мы, но по речке Лоймоле,
С ранами, мозолями шли и шли вперёд...

Как один, неистово, крепко зубы стиснули,
Победили, выстояв, губы закусив;
По воде отчаянно мы шаги печатали,
Как волчки вращались мы, не жалея сил...
Припев: Все печали навсегда ты с собою унесла,
Растворила без следа, Лоймола...
Как слезою обожгла щёку капелька с весла,
В сердце ты моё вошла, Лоймола...


Карелия туризм и активный отдых с турбазой Поляна туризм в карелии
Турбаза "Поляна"
ПРО КАРЕЛИЮ ВОДА В ШУЕ ССЫЛКИ ПРАВИЛА РЫБОЛОВСТВА ВАКАНСИИ АВТОПЕРЕВОЗЧИКИ ГОСТИНИЦЫ ТУРФИРМЫ СТАТЬИ FAQ ЛОЦИИ РЕК
Послать заявку?..-->жми здесь
Конкурс 2014 - дневник Андрея Дербилова
ООО "Турбаза Поляна", 185003 Республика Карелия,г.Петрозаводск, ул.Варламова 60/2.
Яндекс цитирования Rambler's Top100 Экстремальный портал VVV.RU Valid HTML 4.01 Transitional